Здесь самое время, на минуту, оторваться от разглядывания домов, как деталей и попробовать увидеть общую перспективу Гранатного, который вот уже невдалеке и заканчивается.

Право, не смогу объяснить (может быть это удастся тебе) из каких намеков складывается то, что мы называем впечатлением, что придает, казалось бы, весьма прозаичным улицам и домам странную законченность и утонченность живописного полотна или графического рисунка (помнишь необъяснимое превращение особняка Шехтеля в японскую гравюру?).

Дом архитектора - ресторан, Гранатный пер, 7. Дата открытия: 1938 г.

Вглядись в этот уголок Москвы, как будто отставший от бега времени, в эту гармонию провинциальной неспешности и уюта. Теперь: достать пролетку - за шесть гривен, чрез благовест, чрез клик колес, перенестись туда, где ливень... чтобы никогда не встречаться с тем, что мы неизбежно должны увидеть, если сделаем еще пять шагов.

Вот оно. Слева. Гранатный № 7/9, что-то неотвратимо напоминающее огромный крематорий, сросшийся левой своей стеной с особняком Эрихсона, а правой с торцом в два окошка (из верхнего свисает авоська с припасами съестного) жилого дома уходящего во двор. И все это несет на фронтоне гордое имя Дом архитектора . Лично я глубоко убеждена, что вещь эта посильнее Фауста Гете будет, в архитектуре разумеется.

Конечно, глаз мог бы отдохнуть на усадьбе Голицыных, что напротив этого архитектурного кошмара, но превратности судьбы отдали усадьбу некоему НИИ. Судя по состоянию некогда чудесного дома и сада, можно догадаться, что если у сотрудников института что-нибудь и осталось, то это, скорее всего, одеяла, на которых написано страшное слово ноги .

Но, отведем со смущением взор от развалин былого счастья. Взгляни, там, дальше нечто своими углами и срезанными цилиндрами напоминающее то ли гигантский броневик времен первой империалистической, то ли палубные надстройки неудержимо пробивающегося к Садовому кольцу боевого корабля. А в кильватере у него, (то к чему он и был, видимо, относительно недавно пристроен), обветшалые кружева, разукрашенной еще в прошлом веке, домашней какой-то ладьи, безвольно плывущей в этом море стилистического сумбура.

Не будем останавливаться у посольства Таджикистана, разместившегося слева в чистеньком и ухоженном старомосковском особнячке. Но, поворачивая направо по Вспольному, задержимся у углового домика принципиально умиляющего своими голубыми тонами.